Публикация
О том как шафииты (ашариты) "любили" ханафитов (матуридитов) и наоборот!
О том как шафииты (ашариты) "любили" ханафитов (матуридитов) и наоборот!
Свидетельство матуридита Ковсари, в котором указывается что,- «ненависть к Абу Ханифе» была отличительной чертой шафиитов-ашаритов и таких Имамов из них как аль-Джувейни, аль-Газали, ар-Рази.
В своем известном опровержении на Имама аль-Харамейна, аль-Джувейни, под названием «Ихкъакъ аль-Хакъ», М. Ковсари, на стр. 13, пишет: «Этот труд я назвал «Выявление Истины и опровержение лжи «Спасения творений»», в нем, я пишу опровержение на книжку принадлежащую Абу Маали, Абдул-Малику ибн АбдаЛле ибн Юсуфу аль-Джувейни под названием «Спасение творений в приоритете верного решения». Эта книга породила смуты в середине 5 века в Хурасане и его ближайших областях, что заставило автора покинуть эти места, чтоб спастись от того, что он посеял, в некогда спокойных и безопасных местах. Он провел длительное время возле двух Харамов (мечети в Мекке и Медине), будучи Имамом в этих обеих мечетях, после чего его прозвали Имам аль-Харамейн. Затем, после того как «вода вернулась в своё русло» [Имеется в виду,- когда смуты успокоились], он вернулся на свою родину, и стал себя вести намного спокойнее чем раньше, а может быть даже он пожалел о том, что сделал, как это можно понять из более поздних его работ. [От переводчика. Вопрос: Что это за работы аль-Джувейни где он сожалел о том, что написал ранее?].
Однако его ближайший ученик Абу Хамид аль-Газали, в начале своей деятельности, не уберегся от того, чтоб не последовать в этом пути, за своим шейхом [1], чем далеко не украсил себя в расцвете своих сил [2], т.к. написал на этом поприще то, что является поношением его века (позором для него). А Фахр ар-Рази, был третьим, кто внес в это свою лепту, трудом под названием «Жизнеописание Имама аш-Шафии…».
Если мы пролистаем эту книгу Ковсари, то найдем много «ласковых» слов сказанных им в сторону Имама аш-Шафии и шафиитов вообще. Ковсари в этой книге ставит под большое сомнение происхождение Имама аш-Шафии из рода курейшитов, в чем единогласны все Алимы прошлого и настоящего. Ковсари говорит что аш-Шафии в принципе не такой уж знаток науки Хадиса от которого все следует принимать, что имеющий два мнения (намекая на старое в Ираке о новое в Египте мнение Имама аш-Шафии), лучше бы вообще помалкивал… И приводит издевательскую историю о том, что якобы одного шафиита спросили «Есть ли сомнения в Аллахе?», на что тот сказал: «У Имама аш-Шафии по этому поводу два мнения…». И многое другое…
__________________________
[1] От переводчика. Вопрос: Если его ближайший ученик, мудрейший Имам аль-Газали перенял у своего шейха это отношение к Абу-Ханифе и ханафитам, то как можно говорить что аль-Джувейни сожалел о своих ранее написанных работах, и на что даже указал в своих поздних трудах. Разве аль-Газали не знал об этом и не читал книги своего шейха?
[2] Комментарий М. Ковсари: «Это было в его молодости. За это, наказание долго не заставило себя ждать. Люди его же мазхаба, обвинили его в ереси (зандакъа) и готовились его убить. И если бы не те же ханафиты заступившиеся за него перед сельджукским правителем Сенджеком, то так бы и произошло. … Как это упоминает величайший Имам аль-Курдий. Затем он покаялся, и его мнение об Абу-Ханифе, при написании книги «Ихья», изменилось к лучшему».
От переводчика. Здесь у меня возникает вполне уместное возражение, к какому это лучшему мнению о ханафитах, их Имаме и его ближайшем ученике, изменилось мнение аль-Газали? Разве слова из книги «Ихья» не говорят сами за себя?
Аль-Газали не двусмысленно говорит об Имаме Абу Ханифе и его ученике Абу Юсуфе, в главе Знания, отвечая на вопрос: «Почему ты присоединил фикх к науке о земной жизни, а ученых факихов- к ученым мирского удела?»: «…Рассказывают, что Абу Юсуф аль-Къади, в конце года дарил свое состояние своей жене и выпрашивал то, что принадлежало ей, ради освобождения от выплаты закята. Об этом сообщили Абу Ханифе, да смилуется над ним Аллах, а тот сказал: «Это из его понимания шариатских законов». Далее говорит аль-Газали: «Это верно, и такое – из фикха мирской жизни, но его вред в будущей жизни больше любого преступления. И подобное знание – это вредное знание!». «Ихья» том первый, стр. 110-111.