Публикация
Свидетельство руководителя суда организации «Дауля» в г. Дерна. (Или о том что торит игиш в Ливии).
Свидетельство руководителя суда организации «Дауля» в г. Дерна. (Или о том что торит игиш в Ливии).
(Примечание Арслана: интересные факты бывший игишевский судья рассказывает о произволе игиш и их обманах своих последователей).
Абу Умар Аш-Шанкити: «Чтобы иметь оправдание перед вашим Господом» Свидетельство директора суда организации «Дауля» в г. Дерна о происшествиях, которые имели место между маджлисом шура муджахидов в г. Дерна и его окрестностях и организацией «Дауля» Поистине, вся хвала принадлежит Аллаху, мы восхваляем Его, взываем к Нему о помощи и просим у Него прощения и наставления на Прямой Путь. Мы ищем у Аллаха защиты от зла наших душ и наших дурных дел. Кого ведет Аллах Прямым Путем, того никто не введет в заблуждение, а кого Он вводит в заблуждение, того никто не выведет на Прямой Путь. Я свидетельствую, что нет божества, кроме одного лишь Аллаха, и я свидетельствую, что Мухаммад – Его раб и посланник. Хвала Аллаху, Который сказал в своей Книге: «Неужели вы полагали, что вы будете оставлены (не будете подвергнуты испытанию), пока Аллах не распознает тех из вас, которые сражались и не избирали себе помощников, кроме Аллаха, Его Посланника и верующих? Воистину, Аллах ведает о том, что вы совершаете.» (Покаяние, 16). Мир и благословения Аллаха на Его Пророка, который сказал: «Религия есть проявление искренности». Сподвижники спросили: «По отношению к кому?». Он ответил: «По отношению к Аллаху, к Его Книге, к Его посланнику, к правителям мусульман и ко всем мусульманам вообще«. (Муслим, Абу Дауд, Ан-Наса’и) Во-первых, я хотел бы разъяснить цели написания мною этого свидетельства: Цель первая – это искренний совет всей Умме и в особенности муджахидам. Мне было очень больно видеть одного из муджахидов, которого я считал хорошим братом, как он обвиняет в неверии мусульман, считая, что приближается тем самым к Аллаху. По причине того, что ему сообщили, и по причине сфабрикованной лжи он посчитал одну из групп муджахадов кафирами, и посчитал, что приблизится к Аллаху посредством самоподрыва посреди них. Я имею ввиду моего брата муджахида Абу Сальмана Ас-Судани, который убил себя в Дерна, считая этот поступок истишхадом на пути Аллаха и считая группу мусульман и группу муджахидов кафирами. Но на самом деле я знаю, что он не мог, будучи набожным человеком, представить этих муджахидов кафирами кроме как, по причине того, что он услышал, и по причине того заблуждения и оболванивания, которое с ним сотворила информационная машина организации “Дауля”, заставив его вообразить, что группа Абу Салима, воюющая против «Даули» в г. Дерна, это просто сахаваты и муртадды, выступающие против шариата Аллаха. Все это измышления, и он впал в них. И по этой причине я хочу написать эти слова от всего сердца ради него и ради всех остальных муджахидов, которых они ввели в заблуждение, и которые делают такфир мусульманам на основании ложных слухов и информации. Может быть, если до них дойдут мои слова, я хотя бы буду иметь оправдания перед Всевышним, как Он сказал об этом в Коране: «…Чтобы иметь оправдание перед вашим Господом. Быть может, они устрашатся». (Преграды, 164). И я свидетельствую перед Аллахом, что я буду говорить в этом моем обращении только истину, о которой знают бойцы «Даули», которые были со мной, и знает каждый, кто пережил со мной эти события. Первой и последней моей целью является довольство Аллаха и выполнение обязательств, возложенных на меня после того, как я стал свидетелем этих событий и увидел реальное положение дел, и продолжал быть свидетелем бесконечной лжи и обмана, направленной против моих братьев муджахидов; лжи и обмана, посредством которых эти люди стали делать такфир, дурно отзываться о чести и репутации людей, и убивать самих себя (совершать самоподрывы) по причине того, что их ввели в заблуждение, да убережет от этого Аллах. Это мое свидетельство и этот искренний совет включают историю моих отношений с «Даулей» и «Маджлисом», то, как эти события принесли мне ясность, что происходило внутри, и как «Дауля» и ее СМИ распространили о них информацию, которая полностью противоречит реальности. Я, как и все мусульмане, мечтаю об Исламском Халифате или Исламском Государстве. И когда объявили о халифате, я тут же присоединился к воинам халифата, считая его Исламским Государством, и считая, что вопрос халифата был вопросом иджтихада, в котором допустимы разногласия, а также считая, что отсутствие халифа хуже, чем наличие халифа, хоть и не соответствующего всем допустимым условиям. Я присоединился к бойцам «Халифата» или «Исламского Государства» в Ливии в начале двенадцатого месяца. И с первого же дня я заметил, что мухаджиры полностью изолированы. Я имею ввиду, что приезжает мухаджир, и как будто он заключенный: не говорит и не общается ни с кем, кроме как с несколькими мухаджирами. Он находится в таком очень тяжёлом положении, и в итоге не понимает реального положения, в котором он находится, и того, что происходит вокруг него. В то время я подумал, что это хорошо, что это необходимо в целях безопасности, и что поля джихада подвергнуты проникновению агентов, когда весь мир сражается против тебя; к тому же это молодое государство, в самом начале своего образования. Когда я приехал в Сирт, я провел немного времени в лагере в пустыне, в целях шариатской и военной подготовки. В сущности, я обнаружил братьев со всего мира, и пресвят Аллах, иногда твоим братом становится человек, которого родила не твоя мать. Аллах Свидетель, что их привычкой было выстаивание ночной молитвы, их постоянным спутником был Коран, на них была видна готовность жертвовать; братья, сердца которых объединил Аллах, и на которых можно узнать слова Аллаха: «Помните о милости, которую Аллах оказал вам, когда вы были врагами, а Он сплотил ваши сердца.» (Семейство Имрана, 103). Я имею ввиду, что они были наделены высоким уровнем богобоязненности и джихада, и это заставляет человека гордиться тем, что находится среди них. Эти братья-мухаджиры, как я сказал выше, изолированы от событий и реальной действительности. Потому что они перед отправкой были в помещении для гостей, что на самом деле было нечто вроде тюрьмы. И каждый из братьев, находящихся здесь прекрасно это знает. Но действительность такова, что эта жертвенность, этот дух джихада, который я увидел у братьев мухаджиров, к большому сожалению, отсутствует у амиров, как у местных, так и амиров мухаджиров. К сожалению, в них присутствует самолюбование, зависть, злоба и ненависть, а строить козни у них являются преобладающим качеством. Мне об этом сообщили несколько ансаров (местных муджахидов), когда я все еще был в лагере. А когда мы покинули лагерь, и отправились практиковать то, над чем работали, я прекрасно в этом убедился. И все мои знакомые братья в период, когда я был в Ан-Науфилийа знают, как интриговали амиры, и меня послали в Дерна в качестве наказания, чтобы полностью избавиться от меня. Потому что у них все строится на ненависти и зависти, и им нужно было избавиться от меня, поскольку я не был приспособленцем, о котором можно сказать: «Он – что есть, что нет». И я не очищаю себя или кого-либо перед Аллахом. Когда я приехал в город Дерна, вскоре я приступил к работе как глава городского шариатского суда, относящегося к «Дауле». Учитывая величину анархии, свидетелем которой стала «Дауля» в г. Дерна, я погрузился в неё. Но все же мне представилась возможность спросить об организации Абу Салима, на что я получил ответ, что они муртадды. Я спросил по какой причине они муртадды. Мне ответили, что они помогают тагутам и охраняют их. Это было распространенной информацией. И я, к большому сожалению, ненамеренно проявил упущение в изучении и расследовании истины. Это было по причине моей загруженности, и я был не в состоянии выяснить достоверность этой информации, и на сколько она соответствует реальности. И моим первым представлением о группе Абу Салима было то, что они, скорее всего, являются муртаддами. И если они не муртадды, то по крайней мере не являются муджахидами, я имею ввиду, что они очень далеки от джихада. В первые же дни я заметил, то есть до меня дошла информация, что они на фронтах, и что они сражаются с Белькасимом Хафтаром. Это было очень странно, но, естественно, я не выяснил истину в этом вопросе из-за своей занятости и небрежности, и я прошу Аллаха Всевышнего простить меня за это. После пяти недель моего пребывания в Дерна начались бои. Был убит Насир Аль-‘Акр и еще один человек. Сражения начались в среду, и они сказали, что группа Абу Салима выступила против «Даули», и желает ее устранения. И будучи главой суда я поспешил в суд. Так как суд считался одним из главных символов «Даули», я находился в здании суда с группой из братьев для защиты его от тех людей, что выступили против «Даули», восстали против шариата и его применения, как нам казалось. Вероятней всего, они являются муртаддами, и если не муртаддами, то, как минимум мятежниками (буга) — так мы себе это представляли. Я был очень рад началу этих событий, так как меня сильно беспокоило, как мы будем убивать муртаддов из армии Хафтара, и оставлять муртаддов, которые находятся среди нас, которые фактически являются муртаддами. Аллах предопределил, что в субботу после начала этих боёв был Маджлис Шуры муджахидов Дерны, то есть это был решающим днем. В этот день Маджлис сумел взять под контроль весь город, в том числе здание суда. Осада суда началась приблизительно в два часа дня, и бой продолжался до заката. Когда начался бой, в субботу, во время магриба человек из Маджлиса Абду-ль-Азиз Аль-Джабани, начал говорить с нами хорошим тоном. Он сказал: «Мы считаем вас нашими братьями, и мы хотим установления шариата, и мы не выступаем против установления шариата, однако мы выступили против «Даули», когда она совершила порицаемые поступки, после того, как она воспользовалась вывеской «установления шариата», великим символом, за которым не шариат, а преступления, к которым не причастны Аллах и Его посланник, ﷺ.» Начался диалог, и с ним говорили братья ансары (местные). Для меня было шоком, что я считал этого человека муртаддом, у него была прекрасная речь, а слова свидетельствуют об убеждении (акыде) человека. Я имею ввиду, что его слова не были похожи на человека, у которого отсутствует акыда. Я вступил с ним в диалог. Мы обсуждали вопрос охраны Мустафы Абду-ль-Джалиля, и вопрос связанный с комитетом безопасности. Все это происходит, когда мы были на втором этаже, а они на первом, но мы слышим друг друга, дав друг другу безопасность. Другими словами, дискуссия началась, хотя мы даже не собрались её вести. Но уже в тот час выяснилось, что группа Абу Силима не являются муртаддами, как мне казалось раньше. Они муджахиды, и совершенно точно не являются муртаддами, такие слова не могут исходить от муртадда. Муртадд гонится за мирской жизнью, а не усердствует ради установления шариата. После завершения переговоров мы решили сдаться. И так, как мы считали их вероотступниками, и во время переговоров думали, что если мы сдадимся, они будут пытать нас и дурно поступят с нами, так как они злонравные люди, подобные тагутам, мы выдвинули им условия, среди которых было, что они должны обеспечить нам безопасность, что нас не будут снимать для СМИ, что мы обратимся к независимому шариатскому суду, который не относится к «Маджлису», и назначили время. Тогда же он упомянул, что тот, на ком нет крови, и кто не совершил преступлений против мусульман, тот тут же будет освобождён, и что мы все являемся братьями, и что они хотят прийти к согласию и объединить ряды. Братья больше других должны объединиться, потому что об этом приказал Аллах Всевышний, и это прекрасные слова.
Продолжение: https://vk.com/wall-42391762_17015?reply=17016